News

Перемирие или мир?

«Перемирия» по сути вредят безопасности. Необходимо начать формирование настоящих, серьезных решений проблемы Газы – в рамках регионального мирного договора.

В последние десятилетия любой виток насилия с Газой заканчивается «перемирием с ХАМАСом», про которое понятно лишь то, что оно будет временным. Попытки Израиля смириться с существованием ХАМАСа как правителя Газы не только бесцельны, но и вредоносны. Каждый доллар, который попадает в Газу, условно делится на две части. Меньшая часть идет на нужны населения, большая – на нужды самого ХАМАСа, то есть на приобретение и производство оружия. Неизбежный итог – это замкнутый круг, когда руководство исламистов цинично использует гуманитарную помощь Газе в своих целях, таким образом, гуманитарной помощи и международных проектов становится меньше, а разрухи – больше. О приближающемся гуманитарном кризисе в секторе предупреждают и главы силовых структур в Израиле – например, глава военной разведки Херци Ха-Леви, и считают его одной из движущих сил очередной войны. Но пока Газой управляет ХАМАС, гуманитарный кризис будет продолжаться, что в свою очередь приведет к очередному витку эскалации.

Что же можно сделать для того, чтобы положить конец этому порочному кругу насилия, страданий и бездействия?

Прежде всего, необходимо взвесить все за и против, и поставить перед собой четкую цель. К примеру, после окончания «Несокрушимой скалы» были предприняты беспрецедентные усилия по вырабатыванию той самой международной формулы, которая позволила бы добиться разоружения ХАМАСа и возвращения в сектор палестинской администрации. Эту формулу поддерживали тогда США и Европа, Египет и Иордания, и конечно же, сама Палестинская Автономия. Но чем закончились те усилия? Увы, ничем. Глава правительства Нетаниягу не был заинтересован в «государственных инциативах», которые заставили бы его примириться с реальностью и начать переговоры с палестинцами и на Западном берегу. Шанс на смену власти в Газе был в тот момент утерян. 

Перемирие – препятствие на пути к миру

Мы часто слышим слово “перемирие”, когда речь идет о Газе. Ради «перемирия» премьер-министр Нетаниягу готов выплачивать отступные террористической организации и взаимодействовать с государством, которое бойкотируют арабские партнеры Израиля, с тем самым государством, которое еще недавно он обвинял в поддержке террора.

ХАМАС не намерен отказываться от своей радикальной исламистской идеологии, которую он разделяет с международным движением “Братья-мусульмане”. ХАМАС продолжит рыть туннели и запасаться современным качественным оружием, чтобы наносить удары по Израилю в будущем. “Перемирие” устраивает ХАМАС, когда Газа находится в тяжелейшем экономическом положении. Но точно так же, как “Хизбалла” на севере, лидеры ХАМАСа будут по-прежнему накапливать оружие и представлять угрозу для нашего государства. После каждого инцидента, который будет инициирован боевым крылом ХАМАСа, батальонами “Аз Ад-Дин Эль-Касам” или “Исламским Джихадом”, поддерживаемым Ираном, (а уж они позаботятся о том, чтобы подобные инциденты происходили) – наши сухопутные силы будут вынуждены действовать внутри сектора, а военно-воздушные силы будут атаковать с воздуха. Израильский юг будет вновь и вновь находиться под обстрелом (ракеты, минометные снаряды, “огненные змеи” и т.п.). “Перемирие” фактически позволяет ХАМАСу постоянно наносить удары по сотням тысяч израильтян, живущих в районах, граничащих с сектором Газа, и в других населенных пунктах юга страны. 

Израиль, который умеет задействовать своих арабских партнеров – начиная с Египта и заканчивая Катаром, — мог бы предпринять усилия не ради локального и нестабильного “перемирия”, а ради общего урегулирования ситуации на Западном берегу и в Газе – в сотрудничестве с палестинской администрацией при поддержке стран региона и всего международного сообщества. Разве не было бы более логичным возобновить переговорный процесс, вернуться к диалогу — вместо того, чтобы оказаться в нынешней тупиковой ситуации? Израилю необходимо урегулирование, необходим мир, а не “перемирие”. 

Тем не менее, премьер-министр Нетаниягу принципиально выступает против политического урегулирования. С тех пор, как он начал свою государственную карьеру, Нетаниягу довольно последовательно проводит эту линию. Он заявляет, что, с его точки зрения, “нет политического решения проблемы Газы, как нет политического решения проблемы ИГИЛ”. Он намеренно ничего не говорил о палестинской администрации на Западном берегу, которую он тоже предпочитает сравнивать с ИГИЛ, несмотря на продолжающееся взаимодействие с ПА в сфере безопасности, несмотря на спокойствие, царящее на Западном берегу в течение многих лет. Политическое урегулирование осуществляется не через штаб ХАМАСа в Газе, а через офис палестинской администрации в Рамалле.

Рафиах как пример

Контрольно-пропускной пункт Рафиах, расположенный на границе Газы и Египта, может служить примером для того, что невозможно полагаться на «перимирие» с Газой в том виде, в котором она существует сегодня. 

Боевики ХАМАСа, которые захватили контроль над КПП в ходе военного переворота в 2007 году, в 2016 ушли, а их их позиции заняли лояльные Абу-Мазену и Рамалле палестинские силовые структуры. В последние годы египтяне все больше держали палестино-египетскую границу на замке: идеологические разногласия с исламистами, такие, например, как закулисная поддержка ХАМАСом боевиков Исламского Государства в Северном Синае и тесные связи с египетскими «Братьями-мусульманами» не способствовали сближению между Каиром и лидерами палестинских исламистов. В ходе операции «Несокрушимая скала» в Газе в 2014 Тауфик Окаша, владелец телеканал «Аль-Фараин» а ныне депутат египетского парламента, открыто проклинал лидеров ХАМАСа. КПП Рафиах был наглухо закрыт, а всем страждущим, желающим покинуть Газу временно или насовсем, предлагалось поцеловать замок.

Изначально договор по Рафиаху, частью которого был также и Израиль, включал в себя пункт о размещении в Рафиахе наблюдателей от Евросоюза. Но через два месяца ХАМАС выиграет парламентские выборы, и европейские наблюдатели перебрались на израильский КПП Керем Шалом. В июне 2007 произошел военный переворот и ХАМАС разместил на Рафиахе своих людей. Вернемся еще на 10 лет назад, в 1995 год. Туристические автобусы отправляются из Тель-Авива несколько раз в день. Они объезжают стороной Газу, которая и в те годы была достаточно беспокойным местом, и останавливаются на КПП Рафиах, где туристы спешиваются с автобусов, проходят израильскую (до 2005 года КПП находится под контролем Израиля), а затем египетскую границу. На египетской стороне даже был небольшой дьюти-фри. Но 20 лет спустя значительная часть египетской части города Рафиах будет снесена с лица земли бульдозерами в попытке создать стерильную буферную зону и предотвратить теракты ИГИЛ и прочих сочувствующих им организаций.

Что ждет сегодня Рафиах и его обитателей – палестинцев и египтян, которые за последние годы не знали спокойной жизни и процветания? Как всегда, многое зависит от международной политики и интересов. Пока египетский Рафиах является чуть ли не военной зоной, а в палестинском напряженно ждут открытия границы, которое повлечет за собой возвращение торговли и обыкновенной, каждодневной жизни, ход которой постоянно нарушается драматическими событиями, войнами, революциями и восстаниями.

Чего хотят израильтяне?

Как мы видим, у Израиля нет четкой стратегии по сектору Газа, и именно это приводит к проблемам с безопасностью. Усилить или ослабить блокаду Газа — это тактика, а не стратегия. Разбомбить место запуска воздушных змеев  и другие предложения такого рода — все это тактические меры. Чтобы решить проблему Газы, нужно нечто гораздо большее.

Нужно политическое решение. Необходимо демилитаризация Газы, необходимо вернуть власть в секторе палестинской администрации и положить конец власти ХАМАСа. Только так можно будет начать восстановление Газы, и палестинские рабочие смогут вновь вернуться к своей работе в индустриальных зонах на границе с сектором, а также в других местах, где будет нужен их труд.

Следует сказать прямо: невозможно отделить Газу от Западного берега, невозможно отделить военный аспект от политического — и жить спокойно в приграничном районе и других частях страны. Только политика, направленная на подлинное отделение от палестинцев посредством урегулирования конфликта и укрепления умеренных сил, способна достичь цели: полная демилитаризация Газы, возвращение к власти закона и окончание власти безумной террористической организации, издевающейся над двумя миллионами мужчин и женщин, живущих в самой большой тюрьме под открытым небом.

Но для того, чтобы это произошло, нам необходимо правительство, которое умеет сочетать военную мощь и политическую мудрость. Нужно начать формирование настоящих, серьезных решений проблемы Газы.

Дамоклов меч конфликта

Последние правительства не способны привести к изменению ситуации в Газе и обрекают израильтян на постоянные войны и человеческие жертвы. Трудно представить, что бы было с нашей страной, если бы отцы-основатели Израиля вели себя подобным образом. Лишь умелое сочетание военного дела и дипломатии может обеспечить Израилю и израильтянам не только военные победы, но и безопасность, о которой пока можно только мечтать.

25 лет после Ословских соглашений потребность в решении конфликта никуда не исчезла и не самоустранилась. Невзирая на «решения» нынешней администрации Белого Дома, Иерусалим продолжает оставаться пороховой бочкой, а напряженность между западной и восточной его частями сохраняется. Лидеры арабских стран, многие из которых открыли здесь посольства в годы Осло, не спешат нормализовать отношения с Израилем, до тех пор, пока не решен палестинский вопрос.

И конечно же, как в демографическом, так и в моральном плане, 5,5 миллионов палестинцев в Газе и на Западном Берегу продолжат нависать над Израилем, как дамоклов меч.

В Северной Ирландии удалось подписать соглашения «доброй пятницы» лишь после многочисленных провалов и разочарований. Этот договор несовершенен, но он лучше, чем все остальные возможные опции. Необходимо сделать выводы из ошибок Осло, не отрицая и его достижений, и продолжать двигаться вперед, даже крошечными шагами, так как назад дороги нет.

*Составлено при содействии Ксении Светловой, востоковеда Института по политике и стратегии IPS, журналистки, в прошлом депутата Кнессета и члена парламентской комиссии по безопасности.

Комментарии

Scroll To Top