News
You are here: Home » Home Page Slider » Мой разговор с хамасником

Мой разговор с хамасником

Гершон Баскин

GershonBaskin1

            С июня 2006 по октябрь 2011 Гази Хамад, замминистра иностранных дел хамасовского правительства в Газе и я, Гершон Баскин, основатель Израильско-палестинского центра исследований и информации, вели переговоры по закрытым каналам об освобождении Гилада Шалита в обмен на освобождение палестинских заключенных. После успеха в сближении казалось бы непримиримых позиций мы продолжали беседы в поисках путей к долгосрочному перемирию между Хамасом и Израилем. Последний наш телефонный разговор состоялся 2 октября сего года.

Я пытался понять из этого разговора, есть ли у Хамаса новая стратегия выхода из политической изоляции. Привело ли закрытие туннелей и пропускного пункта в Рафиахе, а также ужесточение позиции египетского руководства по отношению к Хамасу к поискам новых направлений?

Все, что я понял из беседы с Хамадом, — это то, что Хамас в растерянности. Лидеры организации не знают, что делать. Внутри движения идут споры. Одни выступают за восстановление связей с Ираном и Хизбаллой. Другие считают, что это вынудит их поддержать Башара аль-Ассада, а этому они противятся, поскольку Ассад продолжает сражаться с суннитами в Сирии.

Единственное конкретное соображение, которое я услышал от Хамада, — это тема примирения с Фатхом. Но сейчас, когда Хамас так ослаблен, лидеры Фатха еще более настойчиво утверждают, что примирение возможно только на выдвинутых ими условиях: роспуск бригад Из ад-Дин аль-Касам и других вооруженных формирований в Газе и подчинение авторитету Махмуда Аббаса. Хамас считает это неприемлемым.

Вот основные пункты нашей телефонной дискуссии.

Гази: Ситуация непростая. Газа напоминает большую тюрьму; пропускной пункт Рафиах закрыт. Египтяне перекрыли туннели. Миллион шестьсот тысяч человек находятся в этом замкнутом пространстве: семьи с детьми, студенты, бизнесмены, больные… Ситуация очень тяжелая. Люди часто умирают из-за того, что не могут получить надлежащего лечения. Многике студенты не смогли в этом году учиться. Товары из Израиля намного дороже тех, что поступали через туннели. У людей в Газе нет денег.

Я думаю, главный вызов для нас – это достижение национального единства и примирения. Мы должны пересмотреть общее положение в палестинском обществе и укрепить связи между Западным берегом и Газой. Я могу сказать с полной откровенностью, что Хамас на 100% заинтересован в примирении.

 

Гершон: Но может ли Хамас поддерживать примирение, когда Абу Мазен ведет переговоры с Израилем? Ведь Хамас противится им. Готов ли Хамас согласиться с тем, что Абу Мазен продолжает переговоры?

Гази: Я считаю, мы должны совершить переоценку ситуации в целом. Мы должны решить, что хорошо и что плохо для палестинцев: переговоры, сопротивление, другие меры. Уроки последних 20 лет в том, что переговоры никуда не ведут, мы только тратим время, а израильтяне строят новые поселения и лишают нас земли и прав.

Я думаю, что палестинцам следует договориться о новой политической стратегии, о новом видении того, как мы можем бороться с оккупацией.

Гершон: А ты представляешь себе альтернативную стратегию, которая способна положить конец оккупации и создать Палестинское государство?

Гази: Большинство народа пришло к заключению, что мирные переговоры бесполезны. Абу Мазен обратился в ООН за признанием… Хорошо, он добился статуса государства-наблюдателя, но что изменилось «на местности»? Оккупация остается в силе. Поселенческая политика продолжается. Я думаю, в Палестинской администрации тоже думают над альтернативами. Мы, все палестинцы вместе, должны сесть рядом и подумать, какие варианты для нас наиболее эффективны. Сейчас наблюдается конфликт между выступающими за сопротивление и теми, кто считает политическое решение возможным. Нам нужно решить, как мы можем работать совместно.

Гершон: Если вы хотите демократии, если вы хотите знать мнение народа, вы должны пойти на выборы.

Гази: Я считаю, выборы – вещь хорошая, но как мы можем провести выборы в условиях оккупации. А ведь палестинцы Западного берега живут в режиме оккупации.

Гершон: В 2006 году вы провели выборы – в условиях оккупации – и эти выборы привели Хамас к власти. Тогда вы не бойкотировали выборы, не говорили, что они не легитимны ввиду оккупации. Гораздо труднее пойти на выборы, когда вы непопулярны, когда люди в Газе и на Западном берегу намереваются лишить вас власти. Теперь легко говорить: «Как можно проводить выборы под оккупацией?»

Гази: Мы не можем быть уверены, что выборы в условиях оккупации будут независимыми и справедливыми и приблизят нас к свободе.

Гершон: Хамас сегодня непопулярен, потому что ваша политика, отказ согласиться на условия мирового сообщества, признать Израиль и отказаться от насилия, навлекли на Газу блокаду. Палестинский народ, особенно в Газе, устал от блокады.

Гази: С самого начала, с 2006 года Хамас был изолирован. Нам не дали шанса жить и управлять нормально. С момента победы на выборах на нас обрушились блокада, политический бойкот, закрытие границ и вооруженные атаки.

Хамасу сейчас в Газе непросто. У нас проблемы с водой, с электричеством, с топливом, с банковскими переводами. Хамас и другие палестинские организации должны сейчас все оценить заново и открыть новую главу.

Гершон: Это только слова. Я не понимаю, что они реально означают. Если вы имеете в виду новую интифаду – вы думаете, палестинский народ готов к этому, учитывая цену, которую он заплатил за вторую интифаду? Что это за альтернативная стратегия, которую вы намереваетесь разработать?

Гази: С палестинской точки зрения, мирный процесс заблокирован и не дает никаких надежд на будущее. Палестинцы не могут быть заложниками фальшивых переговоров в то время, как израильтяне продолжают строить поселения и не имеют ни малейшего намерения допустить создание подлинного государства палестинцев. Уже 20 лет Израиль использует переговоры как зонтик для прикрытия политики оккупации. Мы не можем доверять этим людям. Мы требуем ясной декларации: границы 1967 года – границы Палестины. Западный берег и Газа – не часть вашего государства. Вы закладываете новые поселения, вы требуете Иорданскую долину… Я не верю, что израильтяне действительно хотят дву-государственного решения.

Гершон: А Хамас заинтересован в дву-государственном решении?

Гази: Нет.

Гершон: Значит, с обеих сторон нет партнеров?

Гази: Мы согласны создать наше государство в границах 1967 года, но не признать Израиль.

Гершон: Но ведь это не называется миром.

Гази: Это наша земля. Вы должны вернуть ее нам. Вы не должны требовать у нас что-то взамен. Нашу землю украли. Мы ничего не должны давать вам взамен. В соответствии с международными резолюциями, с решениями Совета безопасности – это палестинская территория.

Гершон: Гази, говоря честно, мне кажется, что Хамас переживает реальный кризис. Вы утратили поддержку ваших друзей и союзников. Мусульманские братья в Египте потерпели поражение. Катар уже не так расположен к вам. Может быть, для Хамаса пришло время пересмотреть свою позицию, сделать новые выводы? Может быть, довольно страдать народу Палестины?

Гази: Мы не поступимся нашими правами. Мы будем бороться столько, сколько потребуется.

 

 Оригинал доступен

     

Комментарии

ставить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Scroll To Top